Любовь в тени: неожиданные откровения между гречкой и молчанием

Квартира напоминала оуединение, где тишина сама по себе становилась живым существом, непрерывно перекрывающим мелодию времени с легким тиканьем часов. Эти часы, купленные за оставшиеся деньги от пылесоса, были свидетелями жизни Маши и Петра Васильевича с семидесятых.

Маша, уютно устроившись у окна с чашкой чая, наблюдала, как капли дождя стекали, словно собирая под собой забытые мечты. В кухне, на мягком фоне аромата гречки, Пётр готовил ужин. За последние дни эта каша стала их постоянным спутником то с тушёнкой, то просто с маслом. Пустая банка, когда-то возвышавшаяся с этикеткой Кофе Арабика, теперь не имела и следа своего прошлого.

Маш, какой чай предпочитаешь: с мятой или с шиповником? раздался голос из кухни.

С мятой, Петя, тихо ответила она, слабо улыбаясь.

Пётр, невысокий, с лёгкой сединой и с руками, напоминающими кору дерева, всегда проявлял заботу, задавая вопросы, зная ответы на них: он понимал, что она предпочитает мяту в пакетиках, а не сушеную.

Им было за шестьдесят, и судьба обошлась с ними без детей. Они скромно жили на пенсию, принося дополнительный доход: Маша вязала носки, а Пётр брался за мелкий ремонт для соседей.

Однажды, невзначай, Маша заметила в его кармане чек на неплохую сумму. Сначала не придала значения, но когда задала вопрос, Пётр отмахнулся, мол, это для дома. Однако в тот вечер он вернулся поздно, и запах чужих помещений оставил след в её душе. Подозрения начали тлеть, как тень.

Вскоре на её телефон поступил неожиданный звонок бывшая жена Петра, Валентина. Её голос излучал боль и грусть:

Машенька, прости, что беспокою Мне трудно не могу одна Пете не говори. Спасибо.

Маша осталась в полном недоумении, как будто её мир вдруг погрузился в темноту. Её сердце забилось сильнее при мысли, что Пётр продолжает общаться с Валентиной.

Он к ней ездит, призналась она себе на следующий день, наблюдая за умиротворяющим процессом приготовления ужина.

Когда Пётр вернулся, она не устроила сцену. Словно в какой-то укромной комнате, где горела только одна лампочка, она тихо спросила:

Петя, ты к ней ездишь?

Пётр замер, усевшись за столом. Его признание пришло без эмоций:

Да

Она почувствовала, что между ними пропасть увеличилась, но не посчитала нужным задать дополнительные вопросы. Просто глубоко вздохнула.

И позже, когда он снова покинул дом по делам, Маша провела вечер в размышлениях и готовке. Она понимала, что иногда любовь не буквально имеет смысл, а больше говорит о совместных переживаниях.

Весна пришла с очарованием и новыми возможностями. Пётр всё так же посещал Валентину, пока болезнь не забрала её. Маша осталась дома, но между ними установился новый уровень взаимопонимания.

Они снова начали готовить вместе: иногда это была простая гречка, а иногда чай с мятой, но главное они сидели рядом, вспоминая, что любовь это не только страсть. Это тоже память, ответственность и молчаливое понимание, пишет источник.